Александр Плющев: «Если премия нужна, она появляется»

Вокруг избрания Семена Мушера в прошлом году «Человеком Года» в рамках вручения Национальной Интернет Премии было очень много закулисных разговоров. Но открыто свое недовольство выразил только один академик.

Александр Плющев публично заявил о своем выходе из рядов Академии, аргументировав это своим нежеланием принимать участие в мероприятии, заработавшем себе сомнительную репутацию.

О проблемах Национальной Интернет Премии и ее перспективах ведущий «ЭхоНета» рассказывает в интервью Рунет.Ру.

— Нужна ли Рунету интернет-премия. Если да, то в какой форме?

— Если премия нужна, она появляется. Поэтому вопрос слегка запоздал, — премия появилась более трех лет назад.

— Действенна ли, по вашему мнению, сегодня конкурсная модель, заложенная в основу премии?

— Дело не в модели, а в людях, в смысле, в организаторах. Если академия, единственным делом которой является проведение премии раз в году, с этим не справляется — гнать такую академию в шею. Интернет-премия, и, на мой взгляд, это совершенно очевидно, год от года «худеет». Стартовав как пафоснейшее мероприятие с оффлайновыми випами, которые не понимали, зачем они здесь, премия дошла до клуба, где собралась такая своя тусовка.

Миша Гуревич из РБК грустно пошутил тогда: «В следующем году соберемся в переходе метро». Но, как говорится, свято место пусто не бывает. Просто очень похожий пример уже был — история с радиопремией Попова. Она тоже постепенно падала и теряла спонсоров и престиж. Последний раз она проводилась тоже в клубе, кажется. И вот ее «тепленькую» прибрал к рукам «Медиасоюз» — организация, которая на прикремлевские деньги скупает все, что плохо лежит. Так премия Попова вновь стала пафосной и престижной (по ОРТ показывали, это вам не в «Точке» или «Мираже» ютиться), только называется она теперь Золотой Микрофон, кажется.

Так что не в этом году, так в будущем, Интернет-премию подберут, и предположу, что это будет тот же «Медиасоюз», а конкретнее его Интернет-гильдия во главе с Маратом Гельманом, который теперь еще и (сюрприз, сюрприз!) замгендиректора ОРТ, которое, очевидно, и покажет церемонию, подняв ее до невиданных доселе высот.

— Есть ли информация о том, что будет с премией в этом году ?

— У меня — нет. Я уже во второй раз и, надеюсь, навсегда покинул академию после инициированного мною скандала вокруг Мушера.

— В чем была основная проблема и промашка организаторов прошлогодней Премии?

— Ну сейчас легко все критиковать, — я однажды докритиковался, попал в жюри президентского сайта. За базар отвечать надо. Но, в общем, — это неграмотный менеджмент. Про пиар я вообще молчу. На пресс-конференции перед началом приема работ организаторы выглядели очень мутно, как говорят в органах, «путались в показаниях». Главная ошибка — структурная. Интернет-премии сейчас не прожить без оффлайна, туда должен быть направлен основной вектор. Сейчас же в академии не осталось ни одной широко известной или влиятельной в оффлайне фигуры. Но Гельман (ну или условный такой, нарицательный Гельман) все вернет, вот увидите:).

— Что лично вы вынесли из участия в подобных мероприятиях?

— Мы пособачились с конкретными людьми по конкретной проблеме, потому что, как мне показалось, эти люди меня и моих коллег надули, или, если хотите, можно сказать грубее. Зато это был отличный опыт, теперь я осторожнее смотрю на вопросы вступать/не вступать и спокойно и внимательно обсуждаю условия конкурса. Кстати, в Премии Попова в последние года два решения не выносились, а согласовывались, чтобы премии достались «кому надо». Я был в жюри и меня очень уговаривали проголосовать за одного программного директора (кстати, как и в случае с Мушером очень уважаемого и известного человека), а когда я отказался, на статистику голосования вообще плюнули и вручили статуй, кому хотели.

— Можно ли сказать, что был утерян соревновательный момент?

— Да нет. Речь идет только об одной номинации «Человек года». Соревноваться, конечно, интересно и гоняя мяч во дворе, но, по-моему, задача каждого подобного действа не снижать статус, а повышать его. Если это не удается — надо сваливать. И, пользуясь случаем, я призываю всех, кто организовывал премию в прошлом году, заняться поиском более способных на это людей, передать им дела и достойно уйти, избежав позора.

— Получается, что в таком варианте Премия себя уже изжила?

— Мне кажется, если два года подряд возникают сомнения в честности организации конкурса (напомню, что годом раньше один из спонсоров «Яндекс» взял чуть не половину статуй, а председатель жюри Волож стал человеком года), надо что-то менять и серьезно. А то и правда будем у метро собираться, друг другу значки вешать и расходиться.

— Утерян сам трепет перед наградой?

— Ну и это тоже. Одно дело, когда выходишь на сцену зала Академии Наук или даже МХАТа при большом стечении народа и даже не последнего народа и совсем другое — прокуренного клуба при своей тусовке.

— Чтобы построить новую премию, нужно все разрушить до основания? И чем будут заниматься академики, если отнять у них премию:)?

— Уверяю, у них и без этой фальшивой академии есть чем заняться, -за них переживать не надо. Ничего ломать не надо, ломать же не строить. Просто найти людей и структуры, которым это будет интересно и которые возьмутся это благородное дело сделать. Кстати, среди академиков есть масса высокопорядочных людей, причем, зачастую, не разделяющих мою позицию, например Егор Быковский.

— Есть ли кроме упомянутого «Медиасоюза» силы, которые могли бы заняться премией?

— Я не знаю, но надеюсь, что есть.

Источник: weblook.ru

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*

четыре × два =