Максим Кононенко: «Общественного мнения вообще не должно быть»

Понятие «свобода слова», провозглашенное не одну сотню лет назад, требует очень взвешенного подхода при современном развитии информационного пространства. С развитием Интернета вдруг стало понятно, что свобода самовыражения (или слова) начисто лишилась одной из важнейших своей составляющих — ответственности, которая раньше регулировалась механизмом доступа к массовой аудитории.

Скажем, двадцать лет назад, для того, чтобы обратиться к массовой аудитории требовалось пройти через ряд инстанций — не обязательно государственных. Владельцы и редакторы газет, телеканалов и радиостанций все же фильтровали контент сообразно своим взглядам на мир. Ответственность за заявления лежала не только на авторах, но и на тех, кто эти заявления пропускал в эфир. А эти люди старались думать головой, поскольку от этого зависела их собственная безопасность (гражданская или финансовая). Конечно, любой человек мог заявить что угодно просто на улице — вопрос только в масштабах аудитории, до которой это заявление дойдет.

Сейчас нет ответственности, а аудитория не ограничена. Анонимность вообще свела любую ответственность на «нет». Механизм регуляции свободы заявлений в существующих условиях еще не изобретен. И попытки государства (любого государства) как-то ограничить анархию и контролировать доступные толпе знания (а такой контроль необходим, ибо надеяться на разум большинства не приходится) естественны. Проблема состоит в том, что государство по большей части составляют представители именно того самого большинства, на разум которого надеяться не приходится. Поэтому решение всегда одно — запретить или посадить.

Против этого общество должно бороться, хотя термин «общество» в этом контексте должен трактоваться именно как «ряд людей, осознающих проблему», а вовсе не как «все люди».

Происходящее с Шохди напоминает дурной сон — это именно то самое проявление воли государства, которое не осознает своих действий. С другой стороны, призывы типа «Россия для русских» или «Хороший чеченец — мертвый чеченец» — это другая сторона медали, и с такими заявлениями необходимо бороться, потому что они при современной доступности широковещательных сетей перестали быть кухонными разговорами, а стали опасным оружием. Единственным естественным способом борьбы с таким словесным экстремизмом является, конечно, образование и воспитание. Я понимаю, что это — утопия. Но другого пути нет.

Мы стоим на пороге, да что там, мы уже в нем — в обществе, где любой человек может стать мессией. Естественный отбор приобрел совершенно непредсказуемые, туманные и смутные формы. Он перестал быть естественным отбором в существующем понимании и в то же время стал истинно естественным отбором. Что с этим делать — не знает никто в мире. Некоторые не особенно умные люди полагают, что надо бороться с искусством — например, проблемы Владимира Сорокина и Баяна Ширянова порождены именно невежеством борцов.

Некоторые весьма умные и мудрые люди полагают, что никакого регулирования не нужно — и тоже ошибаются, потому что возбужденные ревнителями чистоты расы люди съедят этих умных и мудрых людей в мгновение ока.

Первое, что необходимо сделать — это платить учителям не меньше, чем нефтяникам и газодобытчикам. Надо переставать играть общественным мнением — это достаточно нехитрое занятие, которое широко используется на выборах, но подобные действия всегда чрезвычайно опасны, потому что общественного мнения вообще не должно быть. Должны быть мнения каждого отдельного гражданина, причем личные мнения.

Но вообще я комплексного решения проблемы не вижу. Если увижу — буду круче, чем Бритни Спирз.

Источник: weblook.ru

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*

девять + семь =